beldmit: (Default)
There was stupid man in Kokuza,
Got a letter by boss from yakuza
And was badly surprized:
"Fingerprint compromized,
To revoke it, I come to Kokuza"

Русский вариант предложил Арсений Цаплев, но надо будет свой придумать:
Жил да был самурай из Кокудза
Он работал кассиром в якудза
Но сглупил перед боссом:
Отпечаток отозван
И за ним уже едут в Кокудза
beldmit: (Default)
Дед, Белявский Александр Семёнович, о войне и довоенных временах рассказывал мало, а стихи любил. Думаю, ему бы понравилось.

Александр Ладыженский

Памяти кнут, как тростинка из веника,
Дышит застывшeй тоской.
Помню как с папою ели вареники
В солнечный день на Сумской.

Помню просил не заказывать лишнего,
Тяжесть подноса в дыму.
С мясом, картошкою, творогом, вишнею-
Не одолеть одному.

Помню и города светлые запахи,
Словно из детства краду,
Липу на самом краю палисадника.
В сорок каком-то году

Бабушка с дедом кормили украдкою
Пленных из недр котелка...
Дерево мальчик сажал и лопаткою
Вскапывал землю слегка.
beldmit: (Default)
Стихи Сергея Жадана, перевод Евгении Канищевой.

И ты возглавлял полки, и брал города,
и летом четырнадцатого было тебе тридцать пять.
Сколько вас осталось? Двадцать из ста.
Выжившие обычно плохо спят.

Три года тому назад ты менял этот свет.
Чёркал и правил его, как школьный диктант.
Он состоит не из одних поражений и бед,
не может он состоять из одних утрат.

Можно его кое-чему научить, как пса,
необходимо вправить его, как плечо.
Три года назад ты видел, как горят небеса,
Как река в чёрной ночи течёт.

Три года тому назад формировались полки,
лето как раз проклюнулось и жило,
и гладь форсированной вами реки
поблескивала на солнце, как птичье крыло.

Три года назад смерть брала твой след.
Горечь стояла в речи, как сок в стебле.
Каждое утро он снится тебе, этот свет –
изломанный тобой, понятный тебе.

Он не только из страхов, они не в счёт.
Не из одних лишь упрёков и утрат
Течёт река в чёрной ночи, течёт.
В чёрной ночи птицы летят, летят.
beldmit: (Default)
Санчо Панса, трезвый человек, человек не сердца, а расчета, вот уже подряд который век ходит на могилу Дон-Кихота.

И уже не бредом, не игрой обернулись мельничные крылья... Старый рыцарь — это был герой. А сегодня он лежит в могиле.

Был старик до подвигов охоч, не в пример иным из молодежи. Он старался каждому помочь, а сегодня — кто ему поможет?

Снесены доспехи на чердак, замки перестроены в хоромы. Старый рыцарь был большой чудак, а сегодня — мыслят по-другому...

Видно, зря идальго прожил век, не стяжал он славы и почета...

Санчо Панса, трезвый человек, плачет на могиле Дон Кихота.
beldmit: (Манул)
Хороший гаш, накуривает с половины джойнта,
Давно такого не было в нашем Тольятти,
Гляди-ка - небо, словно на фресках Джотто,
Не хватает только ангелов и распятия.

Чего ты ржёшь? Я невольно с младенчества в теме:
У меня оба предка - искусствоведы.
Когда я из школы приходил раньше времени,
То копался в их книгах. На тонну бреда
Находилось и что-нибудь достаточно годное:
Детектив или всякая жесть про Сталина.
Журналы выписывали всякие модные
По тем временам. Потом перестали, нах:
Бюджет семейный рвался на свастики,
Какая “Юность”, хватило б на хлеб с макаронами.
Когда болел, то читал фантастику,
В основном про советизацию Вселенной учёными
И всякие прочие агитки дурацкие,
Но однажды попалось мне что-то дельное,
Не помню, Шекли или Стругацкие,
Но болел с интересом почти неделю.
Дальше? )
beldmit: (Манул)
Николай Чудаков в FB навёл на это стихотворение.

Владимир Карпец
ЗАПИСКИ ДУБЕЛЬТА (19 февраля 1855 года)
Напустить бы тепла, разморозить бы вечные льды,
И детей, и отцов рассудить по закону и праву...
Кто-то там, впереди, заметёт по оврагам следы,
Кто-то по миру пустит с дырявой сумою державу.

Две имперских столицы морозом железным свело,
В молотильне времён человеческий век перемолот.
Есть один только путь сохранить родовое тепло -
Государственный холод.

Разморозят, растает - ударит мороз мировой,
И погибнет зерно, и к зиме не пожнут урожая.
Это марш на плацу, этот времени ход роковой,
Этот взгляд, что горит, неизбежно судьбе угрожая...
beldmit: (Манул)
многовато мы пили для настоящей борьбы с режимом,
маловато спали для смены строя:
но судьба улыбается одержимым -
и мы стали сначала твари, потом герои,

наглотались всесилия, выплыли на поверхность,
истончились до профиля на монете.
помаленьку вешаем дурачков, что пришли нас свергнуть:
нет, когда-нибудь обязательно. но не эти.

эти ничего не умеют толком, кроме проклятий.
не бухают, не знают песен: не любят жизни.
так и говорю на допросах: сам посуди, приятель -
как такие зануды могут служить отчизне?

(С) Вера Полозкова.
beldmit: (Default)
Ночной дозор

Александр Галич

Когда в городе гаснут праздники,
Когда грешники спят и праведники,
Государственные запасники
Покидают тихонько памятники.
Сотни тысяч (и все - похожие)
Вдоль по лунной идут дорожке,
И случайные прохожие
Кувыркаются в "неотложке"
И бьют барабаны!..
Бьют барабаны,
Бьют, бьют, бьют!

На часах замирает маятник,
Стрелки рвутся бежать обратно:
Одинокий шагает памятник,
Повторенный тысячекратно.
То он в бронзе, а то он в мраморе,
То он с трубкой, а то без трубки,
И за ним, как барашки на море,
Чешут гипсовые обрубки.
И бьют барабаны!..
Бьют барабаны,
Бьют, бьют, бьют!

Я открою окно, я высунусь,
Дрожь пронзит, будто сто по Цельсию!
Вижу: бронзовый генералиссимус
Шутовскую ведет процессию!
Он выходит на место лобное -
Гений всех времен и народов! -
И, как в старое время доброе,
Принимает парад уродов!
И бьют барабаны!..
Бьют барабаны,
Бьют, бьют, бьют!

Прет стеной мимо дома нашего
Хлам, забытый в углу уборщицей, -
Вот сапог громыхает маршево,
Вот обломанный ус топорщится!
Им пока - скрипеть да поругиваться,
Да следы оставлять линючие,
Но уверена даже пуговица,
Что сгодится еще при случае!
И бьют барабаны!..
Бьют барабаны,
Бьют, бьют, бьют!

Утро родины нашей - розово,
Позывные летят, попискивая.
Восвояси уходит бронзовый,
Но лежат, притаившись, гипсовые.
Пусть до времени покалечены,
Но и в прахе хранят обличие.
Им бы, гипсовым, человечины -
Они вновь обретут величие!
И бьют барабаны!..
Бьют барабаны,
Бьют, бьют, бьют!

1963
beldmit: (Default)
Шансон

Андрей Земсков


К середине февраля тишина,
Как мороженый минтай, надоест.
И куриная весна, ни жива –
Ни мертва, взлетит на скользкий насест.

И осколки новогодних шаров
Из цветного леденцового льда
Вдруг растают. И по звуку шагов
Нас узнает на подлёте звезда.

Завиляет ветер хвостом,
задрожит стекло мелко-мелко,
Обнажит река полынью, -
зря коньки готовили мы.
Это настоящий шансон,
а не воровская подделка, -
Песня к Валентинову Дню,
сердце на ладошке зимы.

Это музыка прогулки вдвоём
По бульвару Пляс-Пигаль и Тверской,
Это то, что мы тихонько поём
Под гитару в суете городской.

Не видавшие тюрьмы блатари
Прикрываются французским словцом.
А у нас есть Адамо в МР3,
И мы знаем, что такое – шансон.

Завиляет ветер хвостом,
задрожит стекло мелко-мелко,
Обнажит река полынью, -
зря коньки готовили мы.
Это настоящий шансон,
а не воровская подделка, -
Песня к Валентинову Дню,
сердце на ладошке зимы.

В середине февраля у метро
Первой вербою торгуют бомжи.
И с рекламного плаката хитро
Улыбается косматый мужик.

Вот одна из миллионов картин,
Что сменяются за пару секунд.
Помоги ж ты нам, Святой Валентин,
Сердце ранящий стрелой Робин Гуд!

Февраль 2005.
beldmit: (Манул)
Настроение у меня мрачное, поэтому пусть будет эта песня.

beldmit: (Default)
Квартира

Квартира тиха, как бумага -
Пустая без всяких затей -
И слышно, как булькает влага
По трубам внутри батарей.

Имущество в полном порядке,
Лягушкой застыл телефон,
Видавшие виды манатки
На улицу просятся вон.

А стены проклятые тонки,
И некуда больше бежать -
А я как дурак на гребенке
Обязан кому-то играть...

Пайковые книги читаю,
Пеньковые речи ловлю,
И грозные баюшки-баю
Кулацкому баю пою.

Какой-нибудь изобразитель,
Чесатель колхозного льна,
Чернила и крови смеситель
Достоин такого рожна.

Какой-нибудь честный предатель,
Проваренный в чистках, как соль,
Жены и детей содержатель -
Такую ухлопает моль...

Давай же с тобой, как на плахе,
За семьдесят лет, начинать -
Тебе, старику и неряхе,
Пора сапогами стучать.

И вместо ключа Ипокрены
Домашнего страха струя
Ворвется в халтурные стены
Московского злого жилья.

1933

beldmit: (Манул)
ЕЛКА В КРЕМЛЕ

В.Коркии
Объявлен Новый год в Кремле
Декретом ВЧК,
Играет Ленин на пиле
Бессмертного «Сурка».

Смешались нынче времена
За праздничным столом,
Идет Столетняя война,
Татары под Орлом.

Какая ель, какая ель
В Кремле под Новый год,
Такой не видывал досель
Видавший все народ.

На ней усиленный наряд
Из пулеметных лент,
Висит матрос, висит солдат,
Висит интеллигент.

...Метет, метет по всей земле
Железная метла,
Играет Ленин на пиле,
Чудны его дела.

Его аршином не понять
И не объять умом,
Он сам себе отец и мать
В лице своем одном.

В ночи печатая шаги,
Проходит через двор,
До глаз закутан в плащ пурги
Лубянский командор.

Железный Лях, а может, Лех,
Руси Первочекист,
Он принял грех за нас за всех,
Но сам остался чист.

Подводит к елке Дед-мороз
Снегурочку-Каплан,
Он в белом венчике из роз,
Она прошла Афган.

В носу бензольное кольцо,
Во лбу звезда горит,
Ее недетское лицо
О многом говорит.

...Играет Ленин на пиле
«Заветы Ильича»,
Плутает разум мой во мгле,
Оплавилась свеча.

На хорах певчие блюют,
И с криками «ура!»
Часы на Спасской башне бьют
Бухие любера.

1989
beldmit: (Default)
ЗАБУДЬ БЫЛОЕ

И вот пpиходит гpозный муж, зубами скpипя:
— Ты где и с кем вчеpа была? Совсем забыла стыд?
Выкладывай всю пpавду, а то я тебя!
А жена ему и говоpит:
— Утю-тю-тю-тю!
Зачем былое воpошить?
Тебе так легче, что ли, жить?
Вот тебе пиво и ветчина,
А что вчеpа было,— то было вчеpа!

И вот пpиходит педагог, очками блестя:
— Ответьте, кто такой Неpон и кем pазpушен Рим?
Скажите хоть, когда и где pаспяли Хpиста?..
А мы ему и говоpим:
— Утю-тю-тю-тю!
Зачем былое воpошить?
Тебе так легче, что ли, жить?
Вот тебе пиво, еда, вино,
А что когда было,— то было давно!

— Вчеpа, конечно, мы с Неpоном — утю-тю-тю!
Весь Рим сожгли и Каpфаген уделали дотла!
Там был какой-то малый — он нёс галиматью,
Так мы его живьём к столбу гвоздями...
Мда...
Зачем былое воpошить?
Кому так легче будет жить?
Новое вpемя по нашим часам!
Пойдём лучше в гости:
У наших соседей
Родился чудный мальчик!
Назвали — Чингисхан.

1982
beldmit: (Default)
ГОЛОС ДРУГА
Памяти поэта
Михаила Кульчицкого

Давайте после драки
Помашем кулаками,
Не только пиво-раки
Мы ели и лакали,
Нет, назначались сроки,
Готовились бои,
Готовились в пророки
Товарищи мои.

Сейчас все это странно,
Звучит все это глупо.
В пяти соседних странах
Зарыты наши трупы.
И мрамор лейтенантов -
Фанерный монумент -
Венчанье тех талантов,
Развязка тех легенд.

За наши судьбы (личные),
За нашу славу (общую),
За ту строку отличную,
Что мы искали ощупью,
За то, что не испортили
Ни песню мы, ни стих,
Давайте выпьем, мертвые,
За здравие живых!
1952
beldmit: (Default)
Утащено здесь, у ЖЖ-юзера [livejournal.com profile] colonel_fawcett. Написано по мотивам ролёвки, а не по оригинальному тексту, что, впрочем, неважно.

С искренней печалью посвящается всему нашему выпуску.

Вот, допустим, тебе полных семнадцать лет,
Вот Хогвартс-экспресс, а вот на него билет,
Ты идешь налегке, ничего не давит на плечи:
Никакой вины, никаких за спиной смертей,
Ты еще не боишься выпусков новостей
И уверен во всяком, кто выйдет тебе навстречу.

Вот, допустим, финал семестра и дело - швах,
Ты, как всякий студент, в долгах, как будто в шелках,
Ты не спишь по ночам, хлещешь кофе, зубришь, смеешься,
И, ведомый извечным "Кто не рискует - не пьет!"
Ты сдаешь зачеты по принципу "Мне повезет!"
Время хочет идти? Пусть идет. А ты остаешься.

Ты всегда будешь здесь: где зубрежка, табак и ром,
Твой патронус сияет белым и серебром,
Ты не хочешь быть ни умней, ни взрослей, ни строже,
Кто-то ищет ответы - а ты их давно нашел.
...Вот, допустим, ты пишешь: "Папа, все хорошо".

И в ответ получаешь просьбу быть осторожней.

Вот, допустим, ты держишь в руках желтоватый лист
Самой свежей газеты. И в этот раз журналист
Сух и собран, меж строк читается "Вашу ж мать!"
Нынче вечером - бал, что тебе до этих тревог!
Но газетный слог непривычен, испуган, строг,
И впервые за год ее приходится прочитать.

Вот, допустим, бал: время танцам, смеху, вину...
Ты стоишь и слушаешь, как объявляют войну
Не кому-то там: непосредственно, лично тебе.
Ты стоишь, каменея спиной, к остальному - глух,
И поешь отходную (хорошо бы, если не вслух)
Миру и его срывающейся резьбе.

...Вот, допустим, мы допустили такой исход.
Мы идем в поход и никто нас не бережет,
Ни патронус, ни ангел - для них не хватает места
В нашем ровном строю отправляющихся на смерть
Прямиком с выпускного, и каждый хочет успеть
Лично убедиться, что война - это неинтересно.

Ты стоишь - ничей рядовой, никто, имярек,
Строчка в списке потерь, которые скроет снег,
Ритм боя швыряет - от фанданго до скерцо,
И расклад готов: убиваешь или убьют.
А напротив такой же солдатик стоит в строю
В оловянном мундире, под которым - живое сердце.

Вот, допустим, окончен бал. У любой войны
Есть финал, рубеж, за которым уже равны
Все, кто лег затем, чтобы больше не подниматься.
Ты стоишь, попирая плечом небесную твердь,
Смотришь вслед экспрессу, на который, нет, не успеть,
И твердишь: "Вот, допустим, тебе уже есть семнадцать..."
beldmit: (Манул)
Если кто не видел - пусть будет.

Исторический роман-с (C) [livejournal.com profile] tikkey
На столе свеча горит, воском оплывает.
Алый камешек блестит - словно намекает.
Ювелир его берет маленьким пинцетом,
Полюбуется, вздохнет и споет фальцетом
"Ах, стонет сизый голубок!"

Век осьмнадцатый истек. Экая-то жалость!
Хорошо хоть, клиентура старая осталась!
Скоро-скоро Новый год - через три недели.
И с отливкой повезло - вовремя успели.
Ах, стонет сизый голубок!

Мы углы утяжелим золотом червонным,
Мы немножко заострим над орлом корону.
Веет холод от окна - как за дверью гроба.
В смутном мареве стоят синие сугробы.
Ах, стонет сизый голубок!

Стынет зимний Петербург - северное диво.
То-то вышло тяжело, пышно да красиво.
Чтобы в Новом-то году да случай случился,
Чтоб заморский табачок не переводился,
Чтобы прыгала сама в ручку как по мерке...

Ладит сука-ювелир графу табакерку.
Ах, стонет сизый голубок!

----------------

История любит игрушки.
Выходят на сцену в свой срок
Расшитая думка-подушка,
Промокший на смотре сапог.
Сквозит из-под крашеной дверки
Промозглая сырость веков.
Я думаю о табакерке.
Литой золотой табакерке.
Увесистой, бля, табакерке,
Украшенной парой орлов.

beldmit: (Манул)
NOVEMBER

No sun - no moon!
No morn - no noon -
No dawn - no dusk -
no proper time of day.
No warmth, no cheerfulness,
no healthful ease,
No comfortable feel
in any member -
No shade, no shine,
no butterflies, no bees,
No fruits, no flowers,
no leaves, no birds! -
November!

Одно из немногих стихотворений, которые я вспоминаю (и ищу) регулярно. Так что пусть в ЖЖ лежит.

Upd: вот более полный вариант. Какой из них правильней - не знаю, но и короткого достаточно.
Читать )
beldmit: (Default)
Поздравлять здесь, если что.

А в качестве песни года - Скади ([livejournal.com profile] smerkovich)
Башня

Летописец не выйдет из башни,
Не доверит пергамент свече.
Настоящее кажется страшным,
А прошедшего нет вообще.

Ты проснулся,
уткнувшись в неструганный стол...
Круг замкнулся,
Год прошел...
Круг замкнулся,
Год прошел...
Круг замкнулся,
Год прошел...

Бывший воин в обличьи тщедушном
Не возглавит ликующий строй,
Не удержит уставшую душу
Потерявшею волю рукой.

Оглянулся -
Пустует высокий престол.
Круг замкнулся,
Год прошел...
Круг замкнулся,
Год прошел...
Круг замкнулся,
Год прошел...

Не сойтись в бою,
Не писать письма,
Всю страну твою
Затопила тьма.
Я могла солгать,
Но слова - как дым,
Чтобы умирать,
Нужно быть Живым.

И откуда взялась эта тьма кромешная?
Из тебя, из меня, из любви, конечно...

Profile

beldmit: (Default)
beldmit

October 2017

S M T W T F S
1234567
8 910 11 121314
1516 1718192021
22232425262728
293031    

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Oct. 18th, 2017 02:05 am
Powered by Dreamwidth Studios